Взгляд на Антропологическую концепцию психологии музыкального образования А. В. Тороповой

Становление человека в антропогенезе через инобытие не раз являлось предметом размышлений философов и учёных. 'Человеческое инобытие есть такая форма существования человека, когда он оставляет какие-то следы, отпечатки в других людях, предметах, вещах, произведениях искусства и т.п.' Эти процессы есть суть организации функционирования и развития сознания: интонирующего и музыкального, в частности.

Развитие сознания через его инобытие приводит нас к осознанию важности символического слоя сознания, трансперсонального резервуара образов, подвигающих человеческое сознание к развитию, деланию, осуществлению. Так, роль образа, даже протообраза - архетипа становится в нашем исследовании одним из ключевых понятий, берущих на себя как функцию одной из единиц анализа психики и сознания человека, так и медиатора становления, развития и делания сознания как в антропогенезе, так и в индивидуальном развитии человека. Итак, наша концепция заключается в том, что значение музыки в антропогенезе может выявиться только при прояснении суперпозиции необратимых процессов развития сознания человека и музыки (в расширенном понимании слова 'музыка' и тех явлений становления человеческой культуры, которые ещё собственно музыкой не являлись и которые можно условно назвать звукосимволическим планом выражения смысла). В данной суперпозиции заключена природа спонтанного и поступательного развития сознания человека во взаимных превращениях форм психических и культурных (символических) феноменов.

Звукосимволический пласт выражения ( как и музыка ) является одним из каналов интонирующего сознания или сознания интонируемого смысла.

Отсюда вытекают функции интонирующего сознания : а) гностическая ( бессознательное познание имплицитных законов бытия через звуко-ритмическую символику), б) рефлексирующая ( музыка как спонтанная звучащая рефлексия сознания), в) регистрирующая этапы развития сознания человека, его уровня взаимоотношений с миром ( порождающая нормы, ' эпистемы ' ) и г) трансформирующая сознание ( функция 'внутреннего делания' ). Самоосуществление или спонтанно-внутреннее делание - эта 'функция' тесно связана со всей органомией сознания: его чувственной и рефлексивной, биодинамической и аффективной тканями сознания. Они обеспечиваются языком или языками, выносящими акты переживания и рефлексии во внешний план и возвращающие их в сознание через усмотрение их значений и отработку в контексте культуры ( культура, таким образом, понимается как общественный полигон смыслов, утяжелённых многократным отражением в её явлениях ( через архетипы ) и способных влиять на антропогенез). Таковы процессы, 'омывающие' сознание человека как данность и обеспечивающие трансформации этой данности, психическое развитие человека и человечества.

Напомним мысль М.К.Мамардашвили о том, что сколь бы глубоко в историю мы не погружались, нигде мы не найдём человека без сознания, без языка, без плача по умершему... Таким образом, двунаправленными становятся предметные понятия нашего тезауруса: сознание, язык, символ, символическое действие - одним концом направлены к пониманию порождающей музыку цепочки превращенных форм сознания, а другим концом - к пониманию порождения человека и трансформаций его природы через звукосимволический пласт культуры. В первой перспективе - музыка, её язык и значение 'просвечивает' сквозь целостность человека, во второй - человек, его развитие, прошлое, будущее и вневременное просвечивают сквозь музыкальную реальность, её 'интонируемый смысл', образуя один из аспектов человековедения - музыкально-психологическую антропологию. Ещё В.Гумбольдт хотел понять, как 'язык, происходя из природного звука и потребности, становится родителем и воспитателем всего высочайшего и утончённейшего в человечестве'. Гумбольдт считал язык организмом духа. Думаю, что речь идёт не об одном языке ( вербальном ), а о языках культуры. Таким образом, концепция психологии музыкального образования, фундированная в более общих и глубоких пластах онтологии человека, выводит рассмотрение своих проблем на уровень музыкальнопсихологической антропологии. Такой способ концептуализации содержания означенного предмета кажется нам оправданным и своевременным.

Привитие будущим музыкантам-педагогам опыта антропологического самосознания в своей профессии даст ещё ряд преимуществ.

Например, связанных с погружением ребёнка - субъекта образования - в такой музыкально-педагогический контекст, создаваемый сформировавшимися установками педагога, который включает понятия 'внешняя и внутренняя музыкальная (звукосимволическая) реальность психики ребёнка', 'охранный для личности смысл фантазирования', 'интонационно-символические манифестации личности', 'архетип интонирующего сознания личности', 'музыкально-символическая модель будущего в развитии ребёнка', ' интегрированность или расщеплённость 'Я' ', 'живое или механическое движение в построении образа', 'музыка как функциональный орган души' и т.д.

Такова в самых общих чертах антропологическая концепция психологии музыкального образования, заслуживающая, на наш взгляд, обсуждения и развития в ряду базовых подходов к разработке прблематики музыкально-педагогической и музыкально-психологической направленности...' Комментарии Как я понял, главная идея - сознание человека необъятно, в нём очень много таинственного потенциала, оно представитель Высшего Разума или Высшей Субстанции, его возможности не ограничены ( тем более музыкальные и, естественно, творческие). '...В связи с представлением о том, что сознание человека является тем предметом, в содержании и структуре которого заложены потенции и программы самоосуществления человека, его развития и 'внутреннего делания' ( как осознаваемого саморазвития ) и, кроме того, сознание является презентантом самой субстанции психического ( включающего телесные и социальные уровни ) ещё до её расчленения на отдельные процессы и функции, данная категория принимается в качестве ключевой и основополагающей нашего концептуального подхода...' Не удивительно, что выдающиеся люди - это в основном не те, кто учился на хорошие отметки или вобще учился. Я поддерживаю идею того, что теорией (или логикой) возможно перебарщивают наши умы. Мне кажется, что порвано равновесие между массой ( реальным предметом или свойством ) и значимостью ( идеей об этом реальном предмете или свойстве ). Слишком большое значение придаётся значимости, а не массе. Не потому ли это, что в сфере искусства слишком много авторитетных мнений, нежели каких-либо реальных законов или аксиом ? '...Добавим, что в жертву логике принесена не только психология, но и музыка, превращенная в иллюстрации к построениям музыкознания.

Следствием этого является обучение 'тощим абстракциям', способствующим всё той же психологической дистантности человека ( ребёнка ) и музыки.

Данное положение вещей требует осознания и соотнесения с целью музыкального образования...' Заключение Торопова пишет о влиянии прошлого музыкального опыта человека на его сегодняшнее состояние, на его интонирующее сознание. Также она упоминает Ламу Анагарика Говинду и его 'Психологию раннего буддизма' и 'Основы тибетского мистицизма'. Лично я вижу в её идее глубокий смысл, хотя возможно не все его могут уловить.

Торопова не пишет это конкретно в лоб, а использует обобщённые слова и выражения, пытаясь скрыть это за призмой научной терминологии - и это единственное, что я действительно критикую! Зачем всё так усложнять?! Для кого писалась эта статья, которую я здесь рассматриваю ?! Для 'избранных' что ли ?! Это то, что мне не нравится в психологии - слишком много 'хлама' ! Всё же я, используя несколько словарей, прочитал статью и понял о чём там. Но сколько у меня ушло на это времени !.. Я бы уже пару любовных романов прочитал за это время... Но, возвращаясь к глубокой идее, она заключается в том, что возможно прошлый музыкальный опыт человека (конкретного человека) не ограничивается рамками одной жизни человека, а уходит очень далеко в его прошлое. Как мне кажется здесь есть намёк на прошлые воплощения человека, что и проповедует буддизм в лице Ламы, которого упоминает автор. '...Звуковой символ, по Ламе Анагарика Говинда , лежит в основании становления сознания. Акт переживания субъекта становится актом становления сознания в творческом акте 'наименования, формулирования' (так в переводе означено его представление), мы бы сказали интонирования.